Текстовые свидетельства 18.12.2013

Пламя с детства, которое прожгло мою душу...

Он шел по вокзальной площади, не замечая прохожих, смотревших на него с явным отвращением и осторожностью. Противный мелкий дождь попадал под воротник его старой и некогда кожаной куртки, и это раздражало его даже больше, чем осуждающие взгляды абсолютно посторонних ему людей. Иногда он даже понимал их. … Ну а как еще это, якобы цивилизованное общество должно реагировать на таких “субъектов” как он. Ну, явно, что не снимать перед ним шляпы, с пожеланиями удачного дня и доброго здравия. Он давно перестал смотреться в зеркало. Ну а зачем?! В искаженных лицах людей он с легкостью мог прочесть свой портрет: красные, налитые кровью зрачки, иссиня-черные мешки под глазами, серое лицо с фиолетовыми подтеками и бледные губы. Жизнь разрисовала его лицо своими красками, не давая ему ни малейшего шанса выбрать более светлые оттенки.

 -  Один американо без сахара, - попросил он у продавщицы, смотревшей на него с явным недоверием. Доза утреннего кофе с сигаретой была жизненно необходима ему после очередного длительного запоя. Скоро потребуется и другая доза, - промелькнуло в его голове. Наркотики очень незаметно вошли в его жизнь,и пытались занять в ней главную позицию. К его большому удивлению после двух недель, проведенных “на игле” он еще не знал, что такое ломка. И что самое интересное, даже не хотел знать. В его голове прокручивались десятки идей, как раздобыть очередную дозу “лекарства”. Именно так он называл героин. Только ему удавалось спасти его от страшных криков, каждую ночь преследовавших его на протяжении двадцати пяти лет. Крики… Он только начал забывать о них, зачем же опять вспомнил? Зачем…

- Ваш кофе, - перебила его мрачные мысли продавщица. Он аккуратно взял бумажный стаканчик, и повыше подняв воротник, медленно побрел в поисках свободной лавочки. Вдруг, за спиной он услышал отчаянный плач ребенка, он обернулся посмотреть, в чем же дело, но там никого не оказалось. Он прошел еще пару шагов, и опять… Он судорожно осмотрелся по сторонам, но, увы… Никого. Никого, кроме каких-то людей в желтых футболках. На минуту он отвлекся, наблюдая за ними… Но крики прозвучали еще раз. Неужели снова? Неужели эти кошмары вернулись?  “Героиновая терапия” обеспечила ему две недели спокойствия. Спокойствие,  которое так внезапно закончилось…

- Гриша, не плачь. Только не плачь. Умоляю тебя, пожалуйста, не надо, - бормотал он, ускорив шаг, будто бы убегая от назойливого кошмара. Но Гриша отказывался прислушиваться к его мольбам, и вскоре, помимо плача, в его ушах зазвенели душераздирающие детские крики. Дождь усиливался. Его кофе, разведенный приличной порцией дождевой воды, переливался за края бумажного стаканчика, стекая по его дрожащим рукам. Но он этого не замечал, ведь…  Гриша вернулся… 
 

Детство Ярослава проходило в живописном селе Денисовичи, Киевской области. Их со старшим братом и двумя маленькими сестричками воспитывала одна мама. Тяжелые жизненные обстоятельства завели женщину в тупик, и для того, чтобы прокормить четверых маленьких детей, ей приходилось очень много работать. Дети же были предоставлены сами себе и улице, которая стала их нянькой и воспитательницей. В отличие от своего старшего брата, которому всегда было не с кем поиграть, Ярослав все свое время проводил со своим лучшим другом…

Ярослав: “ Его звали Гриша… Тогда нам было всего лишь по пять лет. Мы жили в одном доме, который был разделен на два входа, с одной стороны жил Гриша со своей семьей, а с другой стороны мы с мамой, братом и сестрами. Каждое утро мы встречались во дворе, и весь день проводили вместе, гуляя, играя и просто бродя по окрестностям нашего села. В один из дней, когда мама была на работе, мы пошли играть в старый заброшенный дом, в котором когда-то жил Гриша. Мама запрещала мне играть там, но в тот день я ослушался ее запрета. Идя по тропинке, ведущей к этому дому, я увидел на дороге коробок спичек, автоматически поднял его и бросил себе в карман. Мы играли во дворе заброшенного дома, а после наше внимание привлек старый деревянный сарай. Мы зашли в него. Гриша прошел вглубь, а я остался у выхода. Я не знаю  зачем я достал этот коробок из кармана, зачем поджог эту спичку? Я делал это неосознанно, в свои пять лет я не понимал к каким последствиям это может привести…  Искра от спички попала на сено, пламя очень быстро распространилось по сараю и за считанные секунды охватило все. Испуг, который я пережил тогда, невозможно описать словами. Я выбежал из сарая, а Гриша, который находился далеко от выхода, так и не смог выйти…Я не знал, куда мне бежать, куда деваться, кого позвать на помощь?.. Я слышал только плачь и страшные крики Гриши. Я был пятилетним ребенком, я растерялся… В тот момент мама возвращалась с работы. Увидев происходящее она увела меня, а сама побежала звать на помощь. Но пока пожарные приехали, пока потушили огонь, от Гриши вынесли только один скелет. Он полностью сгорел…

С того дня я стал изгоем в селе. Все говорили, что именно я виновник этой смерти. Переживать все это пятилетнему ребенку было просто невыносимо. Мама пыталась как-то мне помочь и избавить меня от страшных воспоминаний и ненависти людей. Она решила, что мы должны переехать из нашего села в районный центр Яготин. Там я и пошел в школу. Но мои одноклассники каким-то образом узнали о случившемся и стали постоянно издеваться надо мной. Через какое-то время уже вся школа ополчилась, в классах, коридорах, на переменах я слышал насмешки и издевательства, меня называли убийцей и говорили, что я заживо сжигаю детей. В те моменты мне самому хотелось сгореть на месте. Это было невыносимо... Все меня ненавидели. Да я и сам себя ненавидел, ведь это я, я зажег эту спичку, из-за меня загорелся пожар. Я был виновником этой смерти! Да я и сам себя ненавидел, ведь это я, я зажег эту спичку, из-за меня загорелся пожар. Я был виновником этой смерти! И каждый день с пяти и до тридцати лет я слышал Гришины крики и плачь, они преследовали меня днем, и мучили ночью. Переживать этот ужас каждый день на протяжении двадцати пяти лет, слыша в своей голове плачь ребенка, в чьей смерти ты виновен, невыносимо. Я даже не знаю, как я выдержал все это. Как мое сердце до сих пор не разорвалось от боли. Это настолько задавило меня внутри, что я даже не мог подойти к людям и просто с ними заговорить. Я стал замкнутым и скрытным. Когда я находился дома, складывалось такое впечатление, что вместо моего тела присутствует только тень.

И каждый день с пяти и до тридцати лет я слышал Гришины крики и плачь, они преследовали меня днем, и мучили ночью. Переживать этот ужас каждый день на протяжении двадцати пяти лет, слыша в своей голове плачь ребенка, в чьей смерти ты виновен, невыносимо. Я даже не знаю, как я выдержал все это. Как мое сердце до сих пор не разорвалось от боли. Это настолько задавило меня внутри, что я даже не мог подойти к людям и просто с ними заговорить. Я стал замкнутым и скрытным. Когда я находился дома, складывалось такое впечатление, что вместо моего тела присутствует только тень.

Чувство вины тяжелым камнем лежало на моей душе. Чтобы получить хоть какое-то облегчение я начал употреблять алкоголь. За день я мог выпить больше литра водки, не считая других алкогольных напитков. Со временем алкоголь перестал помогать мне, и я “сел на иглу”. Я просто хотел забыться, заглушить эту внутреннюю боль, этот крик, который преследовал меня. А когда я был под “кайфом”, мне становилось намного легче, я забывался. Но “лекарство ”, которым я пытался себя лечить, привело меня в еще худшее состояние. Мое здоровье серьезно пошатнулось: у меня хватало сердце, поднималось давление, немело тело, отказывали конечности. Мой организм уже не выдерживали таких доз. Я даже не знаю, что бы со мной произошло, если бы не одна случайная встреча…

После очередного запоя, стаканчик кофе с сигаретой был мне просто необходим. Я шел по вокзальной площади к магазинчику, в котором обычно покупал кофе. По дороге я видел улыбчивых ребят в желтых футболках, которые раздавали прохожим какие-то листовки. Я взял себе кофе, отошел в сторону, закурил сигарету и наблюдал за всем происходящим. Многие люди останавливались, с интересом слушая этих ребят, многие просто проходили мимо, а некоторые и вовсе начинали с ними ругаться. Мой недоумевающий взгляд заметила одна из этих девушек. Она подошла ко мне и предложила познакомиться. Ее звали Аня. Она начала говорить мне о Боге, а после спросила, верю ли я в Иисуса Христа. Я ответил, что да. Хотя в Бога я не верил вообще. Мы обменялись номерами телефонов  и она ушла. А я еще долго стоял, раздумывая о том, что она мне сказала…

На следующий день у меня зазвонил телефон. Это была Аня. Она приглашала меня на служение в церковь. Я тактично отказался, сказав, что я занят и у меня вообще нет свободного времени. Я надеялся что больше никто не позвонит, но после этого отказа последовала череда звонков от  людей из церкви, они снова и снова говорили мне о Боге, о том, что Он любит меня и ждет. И через месяц уговоров я решился придти на служение. Куда я попал, - подумал я, впервые войдя в Духовный центр “Возрождение”.  Шла молитва за освобождение, а мне это было настолько непонятно, что первым делом мне захотелось убежать. Но ко мне подошел человек из группы порядка и предложил пройти в зал. Я смотрел на все происходящее и ко мне приходили мысли, что люди получающие освобождение – актеры, и все это “спектакль”. Эти мысли разрывали меня. И в этот момент пастор Владимир Мунтян, повернувшись в мою сторону, сказал: "в этом зале есть молодой человек, которого связывают тяжелые воспоминания из детства." Я был шокирован, ведь я пришел впервые и никому не рассказывал о том, что со мной произошло. Откуда же пастор мог узнать об этом?  Я окончательно запутался, не понимая чему верить, своим подозрениям или словам этого человека.  Мысли окончательно завели меня в тупик…

 Но вдруг пастор добавил:"примите свое освобождение!" В этот момент меня будто бы током ударило! Если бы не стоящий рядом стул, я не смог бы удержаться на ногах, с такой силой меня сотрясло. Я не мог понять что со мной произошло. В этот момент моя голова будто бы сделалась пустой: все мысли, сомнения и переживания куда-то исчезли. Вместо них пришло спокойствие и умиротворение, которых я не ощущал на протяжении двадцати пяти лет. Молитва закончилась, но Божья работа во мне продолжалась. Ощущение мира не покидало моего сердца. С того дня, кошмары мучавшие меня с пяти лет, больше не приходили. Изо дня в день я ожидал, что этот ужас повториться, что все начнется сначала, но к моему огромному удивлению и счастью ничего не вернулось. Никто и никогда не смог бы понять, какую боль и какие страдания я пережил за эти годы. Я даже не надеялся на то, что когда-либо смогу жить счастливо, я нес это бремя и думал, что только смерть освободит меня от него. Но я ошибался, Всемогущий Господь освободил меня и дал мне надежду и будущность. И это было не последним чудом в моей жизни…

Всю неделю я ходил, вспоминая слова пастора и то, что со мной произошло на служении. И когда мне позвонили из церкви и пригласили на следующее собрание, я уже нисколько не сомневался. Но за день до служения у меня обострилась старая болезнь. Долгие годы меня мучили проблемы с ногами, а именно ревматизм. В определенные периоды у меня наступало обострение: ломало и выкручивало ноги до такой степени, что я со слезами "лез на стены." С годами эта болезнь прогрессировала. На служение я ехал, преодолевая сильную мучительную боль. Когда пастор вышел на сцену молиться, я стоял в зале и думал только о том, чтобы эта молитва побыстрее закончилась, и я смог обратно сесть на свое место, стоять  для меня было невыносимо больно. И только я успел об этом подумать, как ощутил в теле легкий ток, который как волна проходил по моим ногам. Самой проблемной зоной у меня были колени и именно в коленях эта волна остановилась, сделала пару оборотов и ушла вниз. А вместе с ней ушла и вся боль!  Я стоял, как вкопанный, боясь пошевелиться. Мне казалось, что если я сделаю хотя бы одно движение, все вернется обратно. Но ничего не вернулось ни в этот день, ни в следующий, никогда больше!

Бог проговаривал ко мне через чудеса: на первом служении Он освободил меня от кошмаров и ужасов прошлого, на втором - исцелил. Он будто бы говорил мне: “Поверь, Я живой Бог, Я люблю тебя, просто доверься Мне!”. И только тогда, я по-настоящему поверил в Бога.

Сейчас в моей жизни начался новый этап. Господь полностью изменил меня, освободив от наркотиков, алкоголя и курения. Я будто родился заново, уже нет страшных воспоминаний, мучавших и терзавших меня на протяжении стольких лет. Я по-настоящему счастлив!  Господь развернул мою жизнь на 180 градусов, и теперь я иду вместе с Ним  Его дорогой. С Ним я до конца, потому, что Он мой Спаситель, мой Господь, мой Отец, который меня любит!